Alaska. Arcadia Project

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Alaska. Arcadia Project » В салоне delorean » Оставь пистолет. Захвати пирожные.(с)


Оставь пистолет. Захвати пирожные.(с)

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://savepic.org/6542126.gif
в книге нечисты мы под заголовком:
Оставь пистолет. Захвати пирожные.(с)
а главные монстры:
Братья Байрды
место и время встречи изменить можно, если осторожно:
Анкоридж, Аляска. Дом Байрдов. 15 ноября
а дело было так:

Арчи получает известие о смерти матушки и возвращается домой, где не был больше чем полгода.

Отредактировано Archie Baird (Пн, 24 Ноя 2014 17:10:21)

+1

2

Арчи не очень любил полеты на самолете, особенно, дальние, но за время обучения в Нью-Йорке, когда летал на Аляску и обратно несколько раз в год, привык, так что час из Джуно в Анкоридж он почти и не заметил, увлеченный чтением прихваченной с собой дабы развеять скуку книгу выходца из штата Мэн Стивена Кинга. Ему вообще нравились все эти мистические истории и его истории про людей со сверхспособностями. Это было страшно для обывателей, а Байрд лишь едко дергал уголком губ - он был таким. Страшным и стремным, но не стремился напугать побольше народу.
Мачеху, которую он давно звал мамой, Арчи любил с детства. У них в семье вообще было не принято упоминать, что кто-то кому-то не родной, не то что бы это держалось в строжайшей тайне, нет. Отец как-то хорошо им обоим это всё объяснил, и после эта тема в семье не поднималась за ненадобностью.
Он собирался приехать на два дня раньше, но из-за погодных условий пришлось отложить, и накануне вечером ему звони Стефан. Подавленный, но стойкий, он сообщил новость о том, что матушка умерла. И первым же рейсом Байрд ещё почти ночью вылетел из Джуно, отдав побольше денег. Собак он по дороге оставил шерифу, разбудив его. Но причина такого визита индульгировала охотника полностью. Шериф прекрасно знал его фамилию, но не питал неприязни, потому что давно разочаровался в правоохранительных органах. Ещё будучи молодым, он вел дело об изнасиловании. Судья отпустил двух мерзавцев с условным сроком, а через месяц они повторили преступление. И тогда с ними уже разобрались радикальными методами, неизвестно кто, но девушкам от этого было не легче. Как и матерям убитых. А ведь, может, в тюрьме их бы научили уму-разуму стершие "товарищи".
Байрда тянуло к семье, но в то же время отталкивало от людей подальше. Кажется, он даже неплохо умел успокаивать детей, а ещё был какой-то внушающей опасение фигурой перед недругами. Возможно, ему придется остаться в Анкоридже подольше, смерть близких - слишком сильный удар, пусть в его случае похоронил он сам себя.
Возможно, если бы он не был таким, то несколько лет назад он мог быть с отцом, и всё случилось бы намного лучше, но Арчи устал думать о том, сколько раз допускал промахи и ошибки, и получилось бы всё исправить, если бы не его "таланты". Кто знает, каким бы тогда стал и он, и брат, и вся их семья. Он сталкивался с той проблемой, о которой читал в комиксах в детстве. О том, что он не просил такого и хотел бы быть нормальным, хотя в подростковом возрасте многим казалось это пустым. Дескать, радуйся, ты же так крут.
Но в детстве было много истин, а к середине жизни он уже думал и мечтал совсем о других вещах.
Байрд взял из аэропорта такси, благо, он находился всего в восьми километрах от черты города. Снега здесь было значительно больше, чем в столице, да и холоднее. Полярный круг, суровые законы, суровая жизнь, светает позднее, чем в Джуно или Ситке.
С собой Арчи вез небольшой рюкзак и даже достал ту более-менее приличную одежду, которая осталась в его зимнем домике в лесу. Потому несколько замерз в одном свитере под курткой-пилотом без движения. Но ему как-то не хотелось, чтоб племянники приняли его за бездомного. Всё таки дядька для них был немного монументальным.
Дом Байрдов строил ещё Гордон. Тут вообще было идеально жить большой семье и маленьким детям, Арчи точно знал, что все стекла укрепленные, едва ли не пуленепробиваемые, хотя в кабинете точно такие. Полы с подогревом, который регулируется, котлы лучшие из тех, что можно приобрести. Отец заботился о них. Он хотел для них лучшего. Как и Стефан для своих близнецов.
Арчи сквозь снег пробирался к водосточной трубе, подтянулся, оперся на подоконник, ухватился за карниз верхнего этажа, получив порцию снега в лицо, и полез к окну, едва не скатившись. Этот прием он отрабатывал едва ли не десятилетиями.
Окно поддалось со второго раза, и Арчи влез в прогретую комнату вместе с порцией снега. Было ещё очень темно, ночник, как в детстве, не горел, но Стефан спал. И Байрд едва не хлопнул себя ладонью по лицу, потому что спал он с женой, о чем старший постоянно забывал.
Он подошел к кровати, посмотрел на него и успел хлопнуть по заигравшему будильнику, едва тот протрещал пару секунд. Меган на другом конце кровати перевернулась, но не проснулась. Стефан же открыл глаза.
- Это я, Стив, - тихо поздоровался Арчи, всматриваясь в его сонное лицо.

+1

3

Это было тяжелое время. Тяжелое настолько, что даже если бы Стефана сверху прикрыли бетонной плитой, ему дышалось бы легче, чем сейчас. Вместо этого на него навалилось все, что только могло на него навалиться. Маленькие дети, которым он дарил половину своего времени, жена, капризно требующая не меньше внимания, мать, в чьи водянистые глаза он до последнего боялся смотреть, потому что в них осталось слишком мало жизни, и бизнес, в который Байрд чем больше углублялся, тем сильнее чувствовал себя новичком.
Он не хотел ввязывать во все это брата и думал, что справится. Взвалив на себя все,  думал, что выдержит.
В последний год мама держалась особенно стойко. Она поправилась, волосы вновь обрели яркость и отросли почти до плеч, а здоровый румянец на лице убеждал всех, включая ее саму, в том, что она и впрямь здорова. Стефан как раз думал свозить ее с детьми куда-нибудь на теплое побережье, где дни гораздо длиннее ночей, а воздух теплый, почти горячий. Он хотел отвезти семью туда, где нет снега и очень много солнца, но не успел.
Это случилось десять дней назад. Стефан зашел в комнату матери, увидел ее бледное лицо, и что-то в тот момент подсказало ему, что в этот раз болезнь ей не победить. Конечно, тогда и во все последующие дни он утешал маму. Утешал очень долго, а она, уткнувшись ему в плечо, плакала все равно. Тогда он подумал, что у брата это вышло бы куда лучше.
Но Стефан позвал Арчи только тогда, когда успокаивать... По большей части, успокаивать уже было некого.
Он спал так крепко, как может спать только человек, который лег в шесть, а вставать ему в восемь. В последнее время вообще очень сложно было уснуть, и на то были совершенно очевидные причины. Глок под подушкой, конечно, согревал душу, но не спасал от бессонницы и бессмысленного разглядывания белого, как снег, потолка.
Хранить оружие возле себя Стефана научил отец, он вообще научил его многому, но не всему, что умел сам. Не хотел ли, не успел - никто в этом не разбирался.
Сквозь сон Стефан слышал, как скрипит окно, но будучи не в силах проснуться, он не увидел, как с улицы хлынули снег, ветер и Арчи. Но испытание будильником он не прошел. Звонок был очень громким, и Стефан давно привык просыпаться с первых секунд.
Он открыл глаза, и прежде, чем в нависшем над ним человеке узнал брата, сунул руку под подушку - за пистолетом. Как раз для таких случаев к глоку был прикреплен глушитель. Убийцы убийцами, а дети должны спокойно спать.
- Арчи, там внизу, - Стефан зевнул, протер глаза, а потом откинул одеяло, спустил ноги на пол и сел, - Есть дверь.
Он был сонным, голову тянуло вниз, и теплый пол казался ему сейчас очень привлекательным.
- Идем, - сказал он шепотом, осторожно, чтобы не разбудить жену, поднимаясь с кровати.
По дороге стянул с дверцы шкафа махровый халат, дверца при этом громко хлопнула, а Мег заворочалась и пробурчала что-то неодобрительное. Стефан не обратил внимания, в конце концов, семейная жизнь научила его на многое смотреть сквозь пальцы. И на претензии жены - в том числе.
Едва братья переступили порог кухни, в комнате включился свет. Стефан глянул за окно - снегопад и темень.
- Честно говоря, я не думал, что ты приедешь так быстро. Будешь что-нибудь?
На самом деле Стефан знал, что брат бросит все свои дела и придет, но не знал, с чего начать разговор. Со смертью матери дела у них обоих стали неважные - это и так понятно.
Он не стал дожидаться, пока Арчи ответит, включил кофеварку и достал две кружки, потом посмотрел на настенные часы, провел рукой по голове, убирая волосы назад, и обернулся к брату.
- Церемония через два часа, - он кивнул в сторону часов, потом снова посмотрел на Арчи. Вроде как, стоило собираться. - Не смотри на меня так, я в порядке. Просто... еще не придумал речь.

+1

4

- Оставь пистолет, - наметанным взглядом он отследил движение руки Байрда и мысленно добавил ему очков. Только вот если не будильник…
Про двери он слышал, даже пользовался ей в своём доме, потому что зайти через окно там означало – вынести это всё окно вместе с рамой и окоченеть ночью от холода. Он не любил двери. В его отрочество отец поднимался, и вокруг него были разные люди. Мачеха с гувернанткой были заняты мелким, а сам Арчи умел сделать вид послушного ребёнка, которого можно доверить двум оболтусам недалеко за двадцать забрать со школы. Одного все звали Оленем, и взгляд у него был соответствующим, но, говорят, по молодости решил бросить есть мясо. От этой затеи его вескими доводами отговорили через неделю, но прозвище осталось. Сейчас у Оленя уже внуки ожидались, но Арчи хорошо помнил все уроки на невинную просьбу: «А что, и дверцу от машины вскрыть можешь?»
Стефан шел тихо, но не совсем бесшумно, Арчи подмечал детали – не хотелось бы узнать, что его сильный крепкий брат не главный в своём доме. Но он, видимо, чувствовал себя достаточно вольготно. Во всяком случае, на первый взгляд. Об его отношениях с Меган старший Байрд – теперь самый старший – ничего толком не знал. Она его не сильно любила за жесткость и молчаливость, а ещё какими-то своими фибрами понимала, что к нему здесь ещё прислушиваются, а это уже конкурент за мозги проживающих вокруг. Он же её не воспринимал – не вызвала в нём того же трепета, как мать Стефана, но кто знает, ещё вырастет, станет мудрее.
Брат привел его в кухню, по дороге к которой Арчи оставил у лестницы рюкзак и на перила повесил куртку. Успеет прибрать. Первым делом он открыл кран и тщательно вымыл руки, хотя на Аляске значительно меньше микробов, чем в Нью-Йорке – холодно и плотность населения маловата, но он из аэропорта. Хотя приятно, что тут даже собаки не болеют глистами и прочими паразитами вроде вшей и блох.
- Буду, - кивнул он, - я в ладах с погодой. Приехал, как смог.
Судя по времени, озвученному братом, на такой скорый приезд он и рассчитывал.
На языке вертелся вопрос: «Как ты?» Но задавать его Арчи не торопился. Брат всегда стремился, чтоб его внешний вид соответствовал внутреннему миру и представлению себя. Потому он был такой большой и крепкий, он и по росту-то был выше и в плечах шире. А ещё он был сильным духом, конечно, мог показать семье слабость, но только в определенные моменты, сам знал, когда. И такие моменты Арчи не угадывал, они редко виделись уже полтора года как. Он сам поймет, когда сказать Арчи о чем-то, что его тревожит. А если Арчи поймет раньше, то значит, что дела совсем плохи.
Но видимо взгляд старшего был достаточно красноречив.
Когда Арчи впервые побывал на похоронах, младший ещё толком и говорить не умел. Так, агукал и издавал первобытные звуки, очень смешным был.
- Стив, детей с собой не бери, - Арчи был едва чуть старше племянников.
Сегодня прощание, завтра похороны. Байрд достал из холодильника банку ванильной колы, постоянно скучал по ней, задумчиво повертел в руках.
- И меня отведи, я хочу попрощаться без всех, - он, конечно, не мог не прийти на официальную часть. Брату с семьей тут ещё жить, а все и так старшего считали странным, но хотя бы страшным, а они всё же должны показать их отношения. Даже в похоронах есть некоторые социально-рабочие ритуалы.
Внутри от этого пока что было спокойно. Когда он хоронил отца, поначалу было так же, пока гроб не оказался в вечно мерзлой земле.
- Я иногда думаю… Там же всегда холодно. Он же там, наверное, такой же, как мы его хоронили… - мысль была бредовая. Стефан мог посчитать, что он потихоньку сходит с ума в своей глуши, но кружку ему всё равно поставил. Заботливый, отцовство на него вроде бы неплохо влияло, - Поехали сейчас, мне в глотку ничего не лезет.

+2

5

- Нет. Конечно, не возьму, - Стефан сказал быстро: он думал над этим накануне.
Дети очень любили бабушку, но они вовсе не должны провожать ее в последний путь. Пусть лучше они запомнят ее живой.
Байрд хотел бы провести этот день иначе. Наверное, оба Байрда. Да что там - вся семья Байрдов хотела бы в этот день другого.
Стефан был готов к этому дню, возможно, готовиться начал даже многим раньше, чем погибла мать, но все равно нервничал. Он хотел бы обойтись без официоза. Не принимать соболезнования от посторонних, побыть одному или в узком семейном кругу. Сейчас он очень хорошо понимал Арчи: дом в лесной глуши, в котором можно закрыться ото всех, сегодня оказался бы очень кстати.
Он понес две кружки к столу, по дороге отхлебнул из одной. Кофе отдавало горечью, оказалось слишком горячим, Стефан обжегся, поморщился, а потом брат обжег его еще сильнее.
- Да, он такой же. Мертвый. Просто не думай об этом, - Стефан хотел бы сказать, что он об этом не думал и это помогало, но тогда он соврал бы дважды, а врал он вообще неважно. - Дай мне десять минут.
Он отставил кружку и ушел собираться. Первым делом закрылся в ванной, включил теплую воду и простоял так какое-то время. Посмотрел на себя в зеркало, подумал, что выглядит слишком подавленным даже для похорон, отрепетировал серьезное выражение лица, с которым и проведет сегодняшний день, потом собрал волосы и умылся. Все это помогло не очень, глаза все равно слипались. Стефан подумал еще немного, потом включил холодную воду и умылся снова. Вода в Анкоридже была действительно холодной - кожа немела за пару секунд. Когда он учился в Стенфорде, вода там была не такая - прохладная, взбодриться не помогала. Он чистил зубы, непроизвольно вспоминал маму, во рту стоял ужасный привкус зубной пасты и кофе, а обожженный язык немного болел. Бриться не стал: повертел в руках бритву, а потом отложил.
Он чувствовал себя неоднозначно, очень долго уговаривал себя не страдать, когда эта смерть случится, и он не страдал, но было тяжело, и Стефан даже не знал, как это состояние объяснить.
Меган спала. Она редко просыпалась по будильнику, и если Стефан ее не будил, часто опаздывала, была очень забавной, когда на ходу натягивала колготки и сушила волосы феном. Сегодня он ее разбудил, а потом разговаривал о всякой ерунде, пока одевался, чтобы она снова не уснула. Перед тем, как уйти, сказал, что ждет в церкви через час.
К слову, Мег не очень любила маму, но она не делала ничего обидного, они вполне сносно уживались, так что для Стефана это не стало проблемой. Просто женщинам сложно ужиться в одном доме, думал он. Каждая считала эту территорию лично своей.
Через пятнадцать минут он встретил Арчи в коридоре.
- Я готов, идем? - слова прозвучали так, будто Стефан был готов. Он соврал. Он готов был выйти из дома, а не хоронить свою мать.
Сегодня было снежно, но не очень холодно. Руки, пока Байрд закрывал входную дверь, не замерзли.
Машину он подготовил еще с вечера. Лэнд ровер - отличный выбор, чтобы отправиться на траурную церемонию. На заднем сидении - цветы. От себя и от Арчи.
По дороге они практически не разговаривали, в городе было тихо и безлюдно, снег таял на ветровом стекле, и в обычный день все это бы убаюкивало и вводило в монотонность, но сегодня только давило на нервы.
- Арчи, - Стефан не выдержал первым, - Ты не думал вернуться домой? Не навсегда, конечно... Может, на месяц или два. Вернуться в бизнес, а? И дети по тебе соскучились, - и мама тоже скучала.
Это было бы хорошей новостью. Лучшей за последний месяц. Может быть, даже за год.
За поворотом виднелась церковь, и рука сама собой крепче сжала руль. Стефан, вроде как, немного отвлекся, но теперь снова защемило в груди.

+1

6

- У меня много времени, чтоб думать, - Арчи пожал плечами и сделал два больших глотка, чтоб молчать. Просто молчать и не говорить лишнего, потому что думал он действительно много, порой в его голове рождались ужасные мысли. И он не хотел пугать брата, не хотел, чтоб тот думал, что он совсем один. Да, Байрд понимал, что бросил семью, но это то единственное хорошее, что он мог сделать для них в тот момент. И сейчас он хотел показать, что окажется тут по первому же зову.
- Хорошо. Вещи в моей комнате не выкинули? - он знал, что мать бы не позволила. Да и брату это комната была ни к чему. Скорее всего там просто протирали пыль раз в пару недель, может и чаще. Ещё отец нанял к ним в дом семейную пару индейцев, повара и домработницу. Они жили в отдельной пристройке, достаточно просторной для двоих и очень уважали мистера Байрда и его семейство.
Арчи поднялся наверх, куда и отнес свой рюкзак и быстро скинул с себя одежду. Брат занял одну из ванных комнат, и в сумме у Байрда ушло пять минут, чтоб дойти до второй, наскоро ополоснуться с каким-то приятно пахнущим свежестью гелем, Стефан всегда выбирал эти вещи сам, не давая жене решать за него даже такие мелочи, и быстро обтереться полотенцем.
В его шкафу висело три костюма, с десяток разных дорогих рубашек, сорочки, теплые свитера из натуральной шерсти, вещи для горнолыжного спорта и ещё много всякой мелочи, о которой он позабыл.
Побриться он уже не успевал, потому надел черный свитер, брюки и даже кардиган, чтоб не надевать эту просто теплую куртку. Тут каждый второй в такой, и Арчи умел производить впечатление в каких угодно лохмотьях так, что от него не хотелось сбежать или презрительно поморщиться... Хотя сбежать да, от страха за свою жизнь. Просто Стефан всегда был такой монументальной скалой, эта поза и всегда четкий шаг ему генетически перешли от отца, и выглядел он среди всех всегда очень сдержано, но очень красиво. Байрд хотел, чтоб они смотрелись в этом плане очень похожими.
Через обговоренные десять минут, Арчи спустился, прихватил с кухни недопитую банку с колой и шагнул почти навстречу движущемуся как танк брату.
- Поехали, - согласно кивнул он и  проследовал за ним на улицу, где сразу поежился без верхней одежды. Но Байрд любил закаляться, это всё вопрос привычки.
Арчи упирался щекой в сжатый кулак, облокотившись локтем о дверцу, и разглядывал мелькающие дома и лавки. Они ехали по Гэмбелл-стрит к третьей авеню, чтобы потом проехать по ней еще несколько кварталов и оказаться у церкви. На дороге было полно неровностей, которые многие связывали с частыми, но незаметными подземными толчками, на каждой из которых Байрда слегка подбрасывало, рука дергалась, он ударялся локтем об дверцу, а затем щекой об собственные костяшки. После каждого такого удара он недовольно морщился, но позу не менял, выражая всем видом крайнюю степень терпения и спокойствия. От дома к дому не раздражатьс становилось все труднее, но он увлекся процессом подсчета. Великая, говорят, наука, эта математика, приводит ум в порядок, развивает логику.
- М? - он повернул голову к брату и внимательно на него посмотрел с минуту, а потом отвернулся опять к дороге и всё же выпрямился в кресле, - я думал. Я не могу. В этот бизнес нельзя вернуться на месяц или два, ты сам прекрасно знаешь. Если тебе нужно с кем-то разобраться, ты можешь сказать мне прямо.
Это было своеобразное "нет". Теперь, после смерти матушки, он будет здесь лишним. Меган станет хозяйкой дома и вряд ли ей будет нравиться такое соседство. И в придачу ко всем своим проблемам с социумом ему бы не хотелось в собственном доме быть чьей-то помехой.
Когда они вышли, Арчи всё ещё чувствовал недоговоренность, и прежде чем подойти ко входу, он остановился. Это была ещё будто глубокая ночь из-за полярной ночи, но внутренние часы не обманывали.
- Стив, - он взял его за плечо, не торопясь заходить, несмотря на холод, - посмотри на меня. Внимательно. Помнишь, раньше я ходил в церковь по воскресеньям? Помнишь, на третьей авеню жила блаженная в старом доме с десятком собак? Она сюда тоже ходила. Год назад мы случайно столкнулись взглядом, и, знаешь что... Она заорала. Заорала, что у меня глаза смерти. С тех пор я сюда не хожу. Я не могу, понимаешь? - наверное, он бы не очень хотел получить комментарий по этому поводу. Он не раз давал понять что то, с чем он живет, его давит. Но никогда не говорил так напрямую.
А сейчас ему и без того предстояло вновь столкнуться со смертью, только близкого человека.

Отредактировано Archie Baird (Чт, 27 Ноя 2014 01:59:10)

+1

7

Стив вяло пробурчал что-то вроде "нет, все в порядке", и оставшуюся дорогу молчал. Включил радио, слишком сложно было избавиться от грустных мыслей в тишине. Диктор рассказывал о погоде, сильном снегопаде и ночной аварии на трассе - это помогало отвлечься.
Стефан периодически поворачивал голову к Арчи, все ждал, что тот пообещает подумать еще раз, но брат невозмутимо смотрел в окно и, кажется, был абсолютно категоричен в этом вопросе.
Это был не тот случай, чтобы пытаться его переубедить, но Стефан все равно пару раз открывал рот, чтобы что-то сказать, но не мог подобрать слова и со вздохом закрывал его. Это было бесполезно, Стив хорошо понимал, что брат не надумает вернуться ни сегодня, ни через месяц, раз уж за полтора года он приезжал домой только по не терпящим отлагательств делам. Он отлично знал и причину этого всего, но ему не хотелось - и за это он считал себя эгоистом и потому молчал - оставаться одному. Это ощущалось не так сильно, когда рядом был отец - он наставлял и помогал. Когда он умер, осталась мама - она всегда поддерживала.  Сейчас нет и ее, и Стефан не был уверен, что справится со всем один.
Он припарковался на площадке возле церкви, молча вышел из машины и направился к дверям. Куртку он оставил в машине, но сегодня был не тот день, чтобы обращать внимание на снег и холод.
Слов у него больше не осталось, так что он собирался просто сделать то, что должен.
Арчи остановил его у дверей, и Стефан сделал то, что просил брат: внимательно на него посмотрел. Для этого он немного нахмурил брови, и во время того, как Арчи говорил, и после того, как замолчал, не отводя взгляд смотрел в его глаза. Под конец Стив утвердительно кивнул. Брат казался ему растерянным, он не спешил говорить. Да и что тут скажешь? В чем-то та женщина была права.
- Но ты должен, - его голос звучал тихо, но уверенно. Мама очень хотела видеть Арчи перед смертью, и, раз уж с этим не вышло, пусть хотя бы он увидит ее и простится, как подобает. - Мы оба должны.
Стив положил руку на плечо брата, сжал пальцы на свитере, так, что сквозь одежду ощущалось тепло, исходящее от тела, помолчал не больше пары секунд, а потом сказал:
- Поэтому просто пойдем и сделаем это.
Он открыл дверь и вошел первым, и когда он переступал порог, невольно представил себе ситуацию, о которой только что рассказал Арчи. Это должен был быть слишком громкий крик, слишком сильный испуг на лице, чтобы брат здесь больше не показывался. Стефан хотел бы, чтобы Арчи забыл те слова, хотел бы помочь ему забыть то, что спустя год не дает покоя, но не мог этого сделать до того момента, пока Арчи не попросит. А он не просил.
В вестибюле церкви братьев встретил священник, Стефан пожал протянутую руку, и до того момента, как начнется панихида, попросил оставить их одних. Святой отец не стал спорить - с Байрдами в этом городе вообще стараются не пререкаться.
Церковные скамьи оказались холодными, алтарю как будто недоставало чего-то очень важного, а характерный запах и обстановка принуждали скорее молчать, чем говорить.
- Ее привезут совсем скоро. Нам нужно быть здесь, но если хочешь увидеть ее без всех - катафалк будет стоять у черного входа, - он заправил выбившуюся прядь волос за ухо и хотел добавить "как ты?", но не стал.
За следующий час церковь наполнилась народом, они оба, и Арчи, и Стефан, были заняты гостями, и Стив так и не заметил, выходил ли брат на улицу или нет.
Весь этот процесс оказался не таким уж и сложным, Стефан приветствовал всех шаблонным "спасибо, что пришли", а в ответ на сочувствия по большей части молча кивал.
Деловые партнеры, сотрудники и коллеги, друзья семьи - сегодня здесь собралось много народу. Много, но именно столько, сколько эта церковь могла уместить. У Стефана было мало времени, но он успел все хорошо организовать. То есть, по большей части, он просто выбрал похоронное бюро, но к этому делу он подошел настолько ответственно, насколько только может подойти любящий сын.
Одной из последних приехала Меган, она объяснила это тем, что гувернантка для детей опоздала, но что-то Стиву подсказывало, что после его ухода жена проспала еще с час.
Он периодически посматривал на брата, вовсе не думал, что может что-то произойти, ведь не смотря на отшельнический образ жизни Арчи умел держаться на людях и давно научился контролировать свой дар, но Стефан все равно беспокоился. Семейная жизнь и маленькие дети приучили его к этому.
- Все в порядке? - спросил он у брата, когда все расселись. По правую руку от Стива сидела жена, по левую - Арчи, и между ними он чувствовал себя настолько комфортно, насколько вообще мог в этой ситуации.
До того момента, пока двери не открылись, впуская гроб и людей, которые его несли, а потом они же опустили у алтаря.
С того момента Стефан молчал, и молчали все до окончания отпевания. Это заняло не так уж много времени, но если бы Байрд умел ускорять время, сейчас он бы этим воспользовался. Он почти физически ощущал, как большинству из присутствующих на самом деле плевать на эту смерть.

+1

8

Возможно, он слишком много себя жалел. Он даже иногда жалел, что такой слабый и не может справиться с проблемой по-другому. Возможно, если бы был чуть-чуть сильнее, то сказал бы себе, что мертвые есть мертвые. Да, он скорбел, но его жизнь должна была продолжиться. Хоть как-нибудь. Ведь недавно он спас человека, значит, что-то может сделать ещё что-нибудь. Она бы наверняка этого хотела, она бы хотела гордиться им за его хорошие поступки, а не то, о чём в его семье догадывались, но упорно молчали. Брат знал, и тоже молчал. О таком не принято говорить даже самому себе, лучше не вспоминать. И не вслух.
- Отче наш, сущий на небесах... - забормотал Арчи, когда они сидели и смотрели на священника среди людей в черном.
Брат дернулся, почти незаметно, и Байрд нащупал пальцами его запястье, сжал крепче, пытаясь по какой-то привычке определить его пульс.
-...да будет воля Твоя и на земле, как на небе... - это был ритуал, большинство тут уважало их семью, а некоторые, кто имел с семьей дела, подсчитывали в уме процент вероятности, что Стефан впадет в депрессию и упустит что-то из своих рук.
-...и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого... - но брат крепкий малый, и они оба знали диагноз матери достаточно давно, чтоб подготовиться. Свыкнуться с мыслью, что всё проходит, даже это.
-...Аминь.

- Я не видела, как ты приехал, - Меган сидел на заднем сидении, и Арчи не знал, радоваться, что Стив такой щедрый и балует жену, или расстраиваться, что за десять минут поездки он снова не выискал в ней ничего, что его бы порадовало.
- Я видел, как ты спишь, - за рулем опять был брат, а Арчи позволял себе некоторые вольности. Например, не пристегиваться и задевать его жену. И прежде чем он успела договорить своё "Стефан, он...!", старший Байрд развернулся к ней и посмотрел одним из своих угрожающих взглядов. Последний раз недавно он так смотрел на оленя, прежде чем нажать курок. Она всё же решила смолчать.
Когда они вернулись, дети уже не спали, и Байрд подозревал, что они носились по дому. Вообще-то, не зря говорили, что они - цветы жизни. И тут Арчи с малодушничал, когда встретил малышей и на вопрос, привез ли он подарки, сказал, что прямо сейчас они пойдут их и купят. Правда, Гордон опять напомнил, что "эта штука" на его лице ему не нравилась.
Впрочем, бороду оказалось сбривать не жалко - волосы не зубы, отрастут. Конечно, завтра на похоронах он будет выглядеть моложе обычного, пусть он не был готов переехать сюда окончательно назад, но был готов делать всё, пока здесь.
Кажется, Меган не очень хотела отпускать детей с ним, и, кажется, хотела закатить скандал, но Арчи был сильным мужчиной, и пока ты бегала за своим мужем, одел на детей куртки, шапки, взял ключи от машины с тумбочки и уехал, пообещав мысленно брату, что будет отвечать на его звонки со своего уже работающего айфона.
Коньки, собачьи упряжки для детей, тир, кафе-мороженное и разговоры о бабушке, совсем короткие, потому что ему нужно было, чтоб племянники не волновались. Арчи уверенно сказал, что она в лучшем месте, и будет там руководить бригадой строителей, нанятых дедушкой, чтоб в будущем они жили в хорошем доме всей семьей.
- А ты будешь жить с нами? - Байрд потрепал малышку по волосам и улыбнулся.
- Мы собирались ехать за игрушками?

Вернулись они ближе к вечеру с тремя пакетами как-то только им нужной мелочи, и это тоже не понравилось Меган. В общем-то, не удивительно.
- Какого черта ты забрал моих детей, вернулся так поздно со всем этим мусором? Я лучш... - Арчи перехватил её руку, и та вздрогнула. Кажется, там будет неприятный след, будто её сильно ударили. Поврежденные клетки. Такое бывает после рукопожатия с ним.
- Послушай, дорогуша, не хочешь видеть меня тут каждый день - заткнись и терпи, ясно? - Байрд повернул голову в бок и увидел, как с лестницы спускается Стив. Выпрямился, отпустил её и кивнул.
Объясняться он не собирался. Вдаваться в подробности тоже. И только к ночи, когда все улеглись, он прошел в его комнату. К счастью, будить не пришлось - он и так не спал, наверняка, не мог уснуть перед похоронами.
На полу в гостиной перед телевизором были разбросаны диванные подушки после детей. Арчи подвинул одну и кивнул на пол.
- Посмотрим фильм? "За бортом". Помнишь, смотрел с родителями?

+1

9

Стефану не нравилась эта ситуация. Обстановка в семье, смерть мамы - по большому счету всем им сейчас бы страдать или молчаливым спокойствием демонстративно показывать стойкость и силу духа, а не перепалки устраивать. Он любил брата, любил жену, с ними обоими прекрасно уживался и никогда не думал, что они не поладят, а когда они все же не поладили, не думал, что их неприязнь с каждой встречей будет только расти. Он ошибся дважды, и сегодня не хотел в это вмешиваться.
За то время, пока они ехали, молчал только Стефан. Он делал вид, что следит за дорогой, но на самом деле ему хотелось остановиться и рассадить брата с женой по разным машинам или уйти и оставить их наедине, чтобы они раз и навсегда решили все разногласия. Вместо этого он только пару раз строго посмотрел на брата, пару раз сурово глянул в зеркало заднего вида на жену, но потом понял, что взглядом эту проблему не решить, и успокоился.
Обычно Меган не была такой. В те времена, когда у них еще не было детей, она не отличалась стервозностью. Со временем немного изменилась в худшую сторону, но так ужасно она вела себя только в присутствии Арчи.
Дома случились еще несколько стычек, и к тому моменту, когда брат собирался прогуляться с детьми, Стефан очень устал. В этом доме семейные ссоры были большой редкостью, Стив просто не привык.
Меган подкараулила его в спальне, когда он зашел, чтобы переодеться.
- Он забрал моих детей! - ее голос едва ли не переходил на визг.
- Он мой брат, - Стефан надевал свитер и выглядел очень невозмутимо.
- А я твоя жена, - она подошла к Стиву, прижалась и обняла ладонями его лицо, она делала так иногда, а иногда на этом не останавливалась, это был ее главный аргумент в любом споре. Запрещенный прием. - Послушай, он приезжает раз в год и куда-то уводит детей, если с ними что-то случится, ты...
- Да, - он бы ни за что не простил себе, если бы с детьми что-то случилось. Поэтому он очень их берег. Поэтому даже не задумываясь отпустил их с братом. - Я отвечаю за всех вас. Все будет хорошо.
Он коротко поцеловал жену и ушел, потому что проблема, которую она пыталась решить, в действительности проблемой и не являлась.
Стефан пробыл на работе пару часов, сегодня был исключительный день, когда он не остался до вечера и оставил вместо себя заместителя. Обычно он работал без выходных и отпусков, потому что бизнес, особенно нелегальный, это работа, требующая постоянного присутствия. Стефан мало кому доверял, и тревожился каждый раз, когда ему приходилось отлучаться. Он никогда не отключал телефон ночью, потому что знал, что непоправимое может случиться в любой момент.
Домой он добирался сквозь снег и непроглядную тьму, и только благодаря яркому свету ксеноновых фар его жизненный путь и бампер не оборвались в холоде сугроба.
С того момента, как Арчи ушел с детьми, Стефан позвонил ему единожды. Спросил, когда они планируют вернуться, брат сказал, что скоро, а где-то рядом Сэмми закричала, что еще не хочет домой. Стив звонил потому, что его просила жена, потому, что он понимал, что по большей части Арчи для нее посторонний человек, она переживает за детей. И Стефан не хотел, чтобы она переживала.
Он спускался с лестницы, чтобы объявить, что ужинать они будут все вместе, он скучал по тем временам, когда они всей семьей собирались за столом, когда мама с папой были еще живы. И ему хотелось иметь возможность хотя бы раз в год воплощать эти воспоминания в жизнь. Пусть без родителей, но со своими собственными детьми, братом и женой. Стив увидел Арчи и Мег, он догадался, что секундой ранее они выясняли отношения, но промолчал. Об этом он собирался поговорить с каждым из них отдельно.
Они действительно ужинали вместе, но атмосфера была до такой степени натянутой, кто кусок в горло не лез. Если бы за этим столом не было детей, трое взрослых не высидели и десяти минут.
Перед сном Стив зашел к детям. Он часто разговаривал с ними по вечерам, иногда читал им, иногда просто рассказывал истории, которые в детстве им с Арчи рассказывал отец. У Стефана было мало времени, чтобы проводить с детьми целые дни, но он всегда старался уделить им час-два перед сном.
Сегодня они вымотались и уснули очень быстро, но сам Стив, хоть и вымотался не меньше, уснуть не мог вообще. Он разглядывал потолок, обои на стенах или обстановку за окном, от дурацких мыслей болела голова, и продолжалось все это до того момента, пока в комнату не заглянул брат. То есть примерно через час.
Ничего удивительного не было в том, что Арчи не спал. Просто сегодня для сна были неподходящие обстоятельства.
Стив не отказался посмотреть фильм. Сейчас он не отказался бы и в тишине посидеть.
Он чувствовал себя Джоанной, которая по нелепой случайности потеряла все, что у нее было, а взамен получила образ жизни, к которому еще долго нужно привыкать. Примерно так случилось со Стивом, когда погиб отец. Стефан рассказал об этом Арчи, посмеялся, переводя аналогию в шутку, а на двадцатой минуте начал засыпать.
Он, вроде бы, боролся со сном, но утром все равно проснулся на диване в гостиной. Сначала он подумал, что проспал, он никогда не простил бы себя после того, как проспал похороны собственной матери, потом подумал, что Арчи бы его разбудил, посмотрел на часы и успокоился. Еще было время, чтобы собраться.
Похороны проходили гораздо тише, чем вчерашнее прощание, помимо самих Байрдов здесь были только близкие друзья семьи, в общей численности девять человек.
Сегодня Стефану было тяжелее, чем вчера. Ему не нужно было отвлекаться, чтобы поздороваться или поблагодарить каждого из десятков гостей, и от этого ему не было легче. Он не мог избавиться от мыслей о матери, о том, с какой силой воли она боролась и о том, как не справилась. Он смотрел на гроб, а перед глазами стояло ее лицо, бросал горсть земли, а хотелось крепко сжать мамину теплую руку.
- Ты не передумал? - он остановил Арчи перед тем, как возвращаться домой. - Уезжать.
Стив пристально смотрел на брата какое-то время. Наверное, в его голосе и взгляде сквозила надежда.
- Я уверен, вы с Меган быстро найдете общий язык. На самом деле она не такая, просто ей нужно время, чтобы привыкнуть. - Стефан помедлил еще немного, подбирая слова. - Ты ведь уже давно научился контролировать способность, к тому же, ты знаешь, я могу помочь.
Он нервничал. Отчасти потому, что ненавидел убеждать или упрашивать, а отчасти потому, что догадывался, что брат снова откажется.
- Послушай, Арчи, ты просто нужен мне дома. 

+1


Вы здесь » Alaska. Arcadia Project » В салоне delorean » Оставь пистолет. Захвати пирожные.(с)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC